Афродита внимательно следила за капельками дождя, ползущими по стеклу. Некоторые из них, медлительные как улитки, никуда не спешили, отражая в себе проплывавший за окном пейзаж. Другие, более торопливые, стремительно пересекали поверхность стекла. Девочка играла сама с собой на спор, какая капелька придет к финишу первой. Это занятие целиком поглощало ее внимание, и дорога в битком набитом людьми трамвае не казалась такой уж скучной и утомительной.
Рядом с Афродитой сидела пожилая дама. Она то и дело поглядывала на девочку и тихонько, про себя, хихикала. Старушка с самого начала показалась Афродите какой-то не совсем обычной. Может быть это из-за того, что у нее был слишком длинный нос и зеленая изумрудная брошь в виде совы, а быть может потому, что она производила впечатление чересчур добродушной бабушки, какие ныне не так уж часто встречаются. Еще, эта самая бабушка бормотала что-то себе под нос и все оглядывалась по сторонам, будто искала глазами кого-то в толпе. Так или иначе, Афродита сразу для себя определила, что старушка подозрительная.
- Ты, девочка, далеко едешь? – спросила, вдруг, бабуля Афродиту.
Родители часто говорили девочке о том, что не стоит разговаривать с незнакомыми людьми в транспорте и на улице. Однако, не ответить пожилой женщине тоже, вроде как, было бы некультурно, и поэтому Афродита решила на всякий случай кивнуть, мол «да, далеко». Старую даму, по-видимому, такой ответ совсем не удовлетворил, и она продолжала свои расспросы.
-А как тебя зовут?
- Афродита, - нехотя ответила девочка.
- Красивое имя,- сказала бабушка, - но слишком обычное. Наверное, родители выбрали первое, попавшееся им в календаре имя на букву «А», правда?
- Я не знаю, - пробормотала Афродита, - мне мое имя нравится.
- А мне мое - не очень, - призналась старушка, - меня зовут Тиамат. Понятно, что родители не желали мне ничего плохого, но, согласись, для девочки это имя не вполне подходящее. Оно меня всегда немного старило. Даже сейчас, когда я уж далеко не девочка, мне с этим именем живется не вполне комфортно. Надеюсь, ты меня понимаешь?
Афродита лишь пожала плечами.
- Имя, как имя. Мне кажется, оно вам вполне идет.
Тиамат, отметив, что беседа у них с Афродитой выходит замечательная, продолжала:
- Я вижу, ты везешь с собой рисунки. Наверное, занимаешься рисованием?
Действительно, девочка как раз возвращалась с занятий в школе искусств и везла с собой новые работы. Из огромной папки, лежавшей на ее коленях, выглядывал край натюрморта с букетом осенних листьев.. Какая наблюдательная бабушка!
- Ты ездишь на занятия одна? - продолжала пожилая женщина, не дожидаясь ответа. - Неужели родители позволяют тебе путешествовать по городу без взрослых?
Девочке не очень нравилось, что незнакомая бабуля проявляет такой повышенный интерес к ее скромной персоне, и она в тайне надеялась, что если ей в этот раз промолчать, то вопросов больше не будет. Так Афродита и поступила. Она промолчала.
- А вот меня, когда я была маленькой девочкой, родители никогда не отпускали одну, - не унималась бабушка. - У меня, правда, была няня. Замечательная, добрая женщина. У тебя нет няни? Знаешь, я недавно читала в одном журнале, что сейчас няни часто бывают злые и бьют детей. В мои времена такого не было. Няни были добрые. а апельсины были большой редкостью…Сама-то я апельсины не люблю, а дома, представь себе, у меня растет целое большущее апельсиновое дерево. Внуков у меня не много. Один только, да и тот разгильдяй. Не хочет учиться! И с дочерью мы, увы, не ладим. А у тебя есть бабушка? Впрочем, можешь не отвечать. Я знаю, что родители часто запрещают своим детям вообще разговаривать с незнакомыми людьми, а тем более, рассказывать о своих близких странным сумасбродным старушкам, вроде меня.
- Как она быстро меняет темы разговора, - подумала девочка, - только что спрашивала меня о рисунках и вот уже перешла на какие-то апельсины и на свои отношения с дочкой. Бедная бабушка. Видать, она и впрямь выжила из ума. На самом деле, Афродите было очень не ловко, что с ней разоткровенничалась чужая бабушка, не совсем обычная, а может быть даже и не вполне нормальная. А старой даме, по-видимому, было все равно, с кем и о чем говорить. Так часто бывает, что одинокие бабушки заговаривают с кем угодно, и о чем угодно лишь бы поговорить хоть с кем-нибудь, даже если их никто не слушает. Как только Афродита подумала об этом, она перестала кивать и решила просто смотреть в окно. За окном мелькали люди, машины, деревья. Они всегда мелькают слишком быстро, не успеваешь их даже толком рассмотреть, особенно когда ты едешь в одну сторону, а они все - в другую. На какое-то время Афродита, будто, отключилась Мысли ее, словно, остановились, и она перестала слышать и замечать все, что происходит вокруг. Только голос бабушки, будто из тумана, что-то продолжал бормотать, но смысла и значения слов, однако, уж было не разобрать. В это время, в вагон вошли два рослых гражданина в длинных красных плащах и высоких шляпах. Афродита никогда раньше не видела, чтобы кто-нибудь нормальный разгуливал по городу в подобном одеянии. А тем более двое сразу! При чем, эти парни были похожи друг на друга как близнецы-братья. Бесцеремонно распихивая пассажиров локтями, «модники» принялись проталкиваться вглубь вагона.
Рядом с Афродитой сидела пожилая дама. Она то и дело поглядывала на девочку и тихонько, про себя, хихикала. Старушка с самого начала показалась Афродите какой-то не совсем обычной. Может быть это из-за того, что у нее был слишком длинный нос и зеленая изумрудная брошь в виде совы, а быть может потому, что она производила впечатление чересчур добродушной бабушки, какие ныне не так уж часто встречаются. Еще, эта самая бабушка бормотала что-то себе под нос и все оглядывалась по сторонам, будто искала глазами кого-то в толпе. Так или иначе, Афродита сразу для себя определила, что старушка подозрительная.
- Ты, девочка, далеко едешь? – спросила, вдруг, бабуля Афродиту.
Родители часто говорили девочке о том, что не стоит разговаривать с незнакомыми людьми в транспорте и на улице. Однако, не ответить пожилой женщине тоже, вроде как, было бы некультурно, и поэтому Афродита решила на всякий случай кивнуть, мол «да, далеко». Старую даму, по-видимому, такой ответ совсем не удовлетворил, и она продолжала свои расспросы.
-А как тебя зовут?
- Афродита, - нехотя ответила девочка.
- Красивое имя,- сказала бабушка, - но слишком обычное. Наверное, родители выбрали первое, попавшееся им в календаре имя на букву «А», правда?
- Я не знаю, - пробормотала Афродита, - мне мое имя нравится.
- А мне мое - не очень, - призналась старушка, - меня зовут Тиамат. Понятно, что родители не желали мне ничего плохого, но, согласись, для девочки это имя не вполне подходящее. Оно меня всегда немного старило. Даже сейчас, когда я уж далеко не девочка, мне с этим именем живется не вполне комфортно. Надеюсь, ты меня понимаешь?
Афродита лишь пожала плечами.
- Имя, как имя. Мне кажется, оно вам вполне идет.
Тиамат, отметив, что беседа у них с Афродитой выходит замечательная, продолжала:
- Я вижу, ты везешь с собой рисунки. Наверное, занимаешься рисованием?
Действительно, девочка как раз возвращалась с занятий в школе искусств и везла с собой новые работы. Из огромной папки, лежавшей на ее коленях, выглядывал край натюрморта с букетом осенних листьев.. Какая наблюдательная бабушка!
- Ты ездишь на занятия одна? - продолжала пожилая женщина, не дожидаясь ответа. - Неужели родители позволяют тебе путешествовать по городу без взрослых?
Девочке не очень нравилось, что незнакомая бабуля проявляет такой повышенный интерес к ее скромной персоне, и она в тайне надеялась, что если ей в этот раз промолчать, то вопросов больше не будет. Так Афродита и поступила. Она промолчала.
- А вот меня, когда я была маленькой девочкой, родители никогда не отпускали одну, - не унималась бабушка. - У меня, правда, была няня. Замечательная, добрая женщина. У тебя нет няни? Знаешь, я недавно читала в одном журнале, что сейчас няни часто бывают злые и бьют детей. В мои времена такого не было. Няни были добрые. а апельсины были большой редкостью…Сама-то я апельсины не люблю, а дома, представь себе, у меня растет целое большущее апельсиновое дерево. Внуков у меня не много. Один только, да и тот разгильдяй. Не хочет учиться! И с дочерью мы, увы, не ладим. А у тебя есть бабушка? Впрочем, можешь не отвечать. Я знаю, что родители часто запрещают своим детям вообще разговаривать с незнакомыми людьми, а тем более, рассказывать о своих близких странным сумасбродным старушкам, вроде меня.
- Как она быстро меняет темы разговора, - подумала девочка, - только что спрашивала меня о рисунках и вот уже перешла на какие-то апельсины и на свои отношения с дочкой. Бедная бабушка. Видать, она и впрямь выжила из ума. На самом деле, Афродите было очень не ловко, что с ней разоткровенничалась чужая бабушка, не совсем обычная, а может быть даже и не вполне нормальная. А старой даме, по-видимому, было все равно, с кем и о чем говорить. Так часто бывает, что одинокие бабушки заговаривают с кем угодно, и о чем угодно лишь бы поговорить хоть с кем-нибудь, даже если их никто не слушает. Как только Афродита подумала об этом, она перестала кивать и решила просто смотреть в окно. За окном мелькали люди, машины, деревья. Они всегда мелькают слишком быстро, не успеваешь их даже толком рассмотреть, особенно когда ты едешь в одну сторону, а они все - в другую. На какое-то время Афродита, будто, отключилась Мысли ее, словно, остановились, и она перестала слышать и замечать все, что происходит вокруг. Только голос бабушки, будто из тумана, что-то продолжал бормотать, но смысла и значения слов, однако, уж было не разобрать. В это время, в вагон вошли два рослых гражданина в длинных красных плащах и высоких шляпах. Афродита никогда раньше не видела, чтобы кто-нибудь нормальный разгуливал по городу в подобном одеянии. А тем более двое сразу! При чем, эти парни были похожи друг на друга как близнецы-братья. Бесцеремонно распихивая пассажиров локтями, «модники» принялись проталкиваться вглубь вагона.
-Батюшки! - громко воскликнула старушка, как только заметила эту парочку. - И здесь они меня достали! Надо же! Это моя великоразумная дочь послала за мной этих клоунов, - объяснила бабушка Афродите и стоящим рядом пассажирам. - Думает, что я «тю-тю», из ума выжила. Ишь, как вырядились, придурки. Это что бы меня еще больше унизить.
- Ой! Я же совершенно забыла угостить тебя апельсином, - неожиданно звонко бабушка хлопнула себя по лбу и полезла в свою широкую, не очень опрятную сумку, откуда через секунду с ловкостью фокусника выхватила большой и красивый ярко-оранжевый апельсин и протянула девочке.
- Спасибо, - сказала Афродита. Отказываться было явно не вежливо. К тому же апельсин был такой необыкновенно большой…
- Хватит на него пялиться, - прошипела бабуля на ухо девочке. Спрячь апельсин скорее да не вздумай его съесть. Он вовсе не простой цитрусовый. Этот апельсин – настоящая планета. Маленькая пока, но она скоро подрастет, вот увидишь. Те двое клоунов не должны ничего заметить. Ну же, быстрее!
Афродита, не скрывая изумления, взяла апельсин и еще раз взглянула на старушку.
-Да, нос у этой бабушки и вправду слишком длинный, - подумала она. - Может это ведьма? В ведьм девочка почти не верила. Взрослые, правда, иногда говорили о всяких там ведьминых сглазах и приворотах, и подружки в школе всякие небылицы рассказывали, пиковую даму вызывали, но все-таки это больше походило на выдумки. Однако, иногда, вот как сейчас, Афродите казалось, что они, ведьмы, все-таки существуют. Она перевела взгляд на апельсин, и вдруг, к своему невыразимому изумлению, увидела, что держит в руках не ярко-оранжевый плод, а самую настоящую планету, подобную Луне или Марсу. Воды на этой планете не было вовсе, а вот горы, впадины, кратера вулканов она видела совершенно отчетливо. Более того, зрение девочки, чудесным образом, настолько обострилось, что ей удалось разглядеть жителей этой удивительной планеты. Они даже были чем-то похожи на землян и, более того, было ясно, что это существа разумные. Они что-то копали, строили, а некоторые из них в это время воевали между собой. Афродита так испугалась, что чуть не выронила странный плод. Она сильно потерла глаза руками и снова взглянула на апельсин. Но теперь - ничего необычного не увидела. Апельсин как апельсин. Девочка растерянно повернулась к старушке, но та, словно сквозь землю провалилась, или в воздухе растаяла. Так же куда-то девались те двое, в красных одеждах. Рядом с Афродитой сидела высокая молодая женщина в шляпке и читала книгу.
-Скажите, пожалуйста, - обратилась к ней девочка, - а бабушка с зеленой изумрудной брошью, которая сидела здесь, вышла?
-Какая бабушка? С какой брошью? - строго спросила женщина в шляпке. - Ты, верно, что то путаешь, девочка.
-Ну как же, путаю, - не унималась Афродита, - пожилая женщина с изумрудной брошью и с во-от таким длинным носом. Она только что сидела здесь, минуту назад и еще апельсином меня угостила.
-Перестань болтать ерунду,- рассердилась женщина с книгой, - я еду от самого Центра и не видела никаких бабушек.
-А вы знаете, что, - включился в разговор толстенький усатый дядечка в светлом полосатом костюме, - это их сейчас в школах учат, приставать с глупыми расспросами к людям. Они считают, что дети должны быть раскованными и не стесняться спросить какую-нибудь чушь у прохожего, вроде того, как один пацаненок меня на улице позавчера спрашивает: «Вы не видели поблизости живого крокодила?» Что ему, лоботрясу, скажешь?
- Ага, - отозвалась тетушка с цветами, стоящая слева, -лучше бы их старших уважать учили, место в транспорте уступать.
- Садитесь, пожалуйста, - уступила ей свое сидение Афродита, - скажите, а вы не видели бабушку с брошью? Мне очень важно знать, была ли она на самом деле.
Но, ни женщина с цветами, ни усатый дядечка ничего внятного по этому поводу Афродите так и не ответили.
-Точно. Ведьма...- пробормотала девочка себе под нос. Она еще раз пристально посмотрела на апельсин. Может быть, ей все привиделось. Или даже приснилось. Но она ведь вроде и не спала. Даже не дремала... Отключилась только на минутку, в окно засмотрелась. А апельсин? Если бабушка ей приснилась, то откуда он взялся у Афродиты в руках?
- Спрячу его лучше подальше, в сумку.
Комментариев нет:
Отправить комментарий